#ЭлектрикЕреван

Photo: PHOTOLURE News Agency
Photo: PHOTOLURE News Agency

Сформированная культура

После мартовских событий 2008 года политическая культура и действующая борьба с режимом в Армении вступили в новую формационную фазу, в которой уже фактически разрушена вся реальная основательная оппозиция вместе с ее инструментами и системами. Партии же, сохранившие существование, дошли до уровня политического бессилия или превратились в “карманные”. Более того, абсолютное большинство рядовых граждан РА потеряли веру как в деятельность оппозиционных партий и их лидеров, так и в политические процессы. К сожалению, в сегодняшней реальности отчаянное и негативное отношение к политическим процессам доходит до нигилизма. Вовлечение в политические процессы или, тем более, в партийную деятельность в кругах интеллектуалов и особенно молодых интеллектуалов считается позорным. Надежды, связанные с переменами, которые периодически виднеются, в основном связаны не с деятельностью политических институциональных структур, а с политическими инициативами и массовыми движениями (например, движения “Я ПРОТИВ”, “Не буду платить 150 драм” и так далее). Негативное и пренебрежительное отношение к политическим лидерам и структурам еще больше выросли после президентских выборов 2013 года, которые многие прозвали инсценированными, и окончательного формирования новой системы легитимности, системы, в которой режим получает легитимность не благодаря обыкновенным гражданам или народу РА, а благодаря олигархам, силовикам и госслужащим, в том числе их человеческим и материальным ресурсам. Все политическое поле и почти все вовлеченные в него институты подверглись трансформации и дегенерации. В результате появляющиеся и пропадающие политические инициативы пытаются любой ценой держаться подальше от политического ажиотажа и институтов, подальше от политизации, чтобы не потерять основную борющуюся силу – образованную молодежь. Оппозиционеры же, часто осознавая этот факт и не желая препятствовать развитию процесса, держатся от них подальше. Таким образом, новоформированной в политическом поле политически ложной культуре присуще уличная борьба, тотальное отсутствие лидерства и, как бы странно это не прозвучало, алчное желание держаться подальше от политических процессов. Именно в таких условиях зародилось и начало развиваться движение против подорожания электроэнергии.

Причины зарождения движения

9 июня 2015 года премьер-министр РА Овик Абраамян объявил, что тарифы на электроэнергию в РА поднимутся на 16%: к такому выводу пришла Комиссия по регулированию общественных услуг. Спустя три дня по данному вопросу были проведены слушания в Национальном Собрании. Решение принялось, учитывая соответствующее обращение корпорации “Электрические сети Армении”, в котором требовалось поднять дневные тарифы на электроэнергию на 40%, а ночные – 53.6%. Это объяснялось огромными долгами, накопленными организацией, которые достигали 250 миллионов долларов, что повлекло за собой крупные общественные бунты по следующим причинам:

  1. Некоторые расследования журналистов основательно доказали, что эти долги появились в результате плохого менеджмента, неуместного расточительства и коррупционных рисков руководительства ЭСА (стопроцентная собственность российского “Интер РАО ЕЭС”).
  2. За последние годы это уже третье подорожание электроэнергии в Армении.
  3. Несмотря на тяжелое социальное положение Армении и показатели низкой средней зарплаты даже по меркам СНГ, тарифы на электроэнергию уже были высокими по сравнению с другими странами СНГ, а в случае подорожания могли достичь самого высокого уровня. Более того, подорожав, тарифы на электроэнергию были бы выше, чем в некоторых штатах США, Сербии, Латвии, и приблизительно будут наравне с тарифами в Польше.

Тем не менее, цель данного анализа – не установление причинно-следственных связей требований ЭСА или решений правительства, или уровень их обоснованности, а анализ логики возродившегося движения.

Несмотря на параллельные решению общественные недовольства, 17 июня КРОУ все же частично приняла его. В ответ на это, со стороны группы молодых людей, в основном за счет возможностей социальных сетей – создается организаторская группа “Нет грабежу”, которая устраивает первый митинг 17 июня 2015 года на Площади Свободы. Таким образом начинается массовое движение против подорожания электроэнергии, которое оказалось в центре внимания армянских, российских и других СМИ.

Происхождение, подъем, обессиливание и падение движения

Во время многолюдного митинга 17 июня, который проводился по гражданской инициативе “Нет грабежу”, президенту РА Сержу Саргсяну предъявили требование до 16:00 22 июня объявить недействительным решение об увеличении тарифа на электроэнергию (заслуживает внимание тот факт, что президент РА не имел соответствующих полномочий). Было решено до отмеченного времени организовать посменную забастовку. 22 июня, не получив выполнения требований, бастующие продвинулись по проспекту Баграмяна, чтобы продолжить митинг у резиденции президента, однако специальные подразделения полиции с помощью водометов и бронебойных машин остановили бастующих. Последние же объявили забастовку на дорожной секции напротив здания Союза писателей Армении.

Президент РА Серж Саргсян через полицейских обратился к митингующим и сообщил, что готов принять в президентской резиденции делегацию из пяти человек. Так и не придя к общему согласию, не имея ярких лидеров для переговоров, и, в конце концов, считая собственные требования крайне примитивными и будучи убежденными в ненадобности превращать их в предмет дискуссии, участники отвергли предложение. Около 5:50 утра 23 июня специальные подразделения полиции, применив несоразмеримые силы, разогнали забастовку, организованную на проспекте Баграмяна, задержали 237 граждан, в их числе и журналистов. В результате подобных действий более 25 человек были госпитализированы. Вечером того же дня бастующие, продемонстрировав впечатляющее сплочение и способность к самоорганизации, отвоевали свои позиции на проспекте и заново начали митинговать (число участников на этот раз было значительно больше и по разным подсчетам достигало 15-20 тысяч). Чтобы избежать внезапных нападений полиции, участники из ближайших мусорных баков построили баррикады, перекрывавшие улицу. В других городах РА – Гюмри, Ванадзоре, Капане, Абовяне, Чаренцаване и так далее, начались забастовки и акции протеста. 25 июня премьер-министр РА Овик Абраамян, пытаясь ослабить напряжение, объявил о решении правительства о финансовой поддержке социально необеспеченным семьям, что, однако, никак не повлияло на митингующих. 26-27 июня можно описать как период максимального распространения и подъема движения: бастующие перекрыли Площадь Франции и верхнюю часть проспекта Маштоца, тем самым окончательно парализовав дорожное движение в Ереване. Однако уже вечером 27 июня президент объявил о приостановке решения КРОУ, проведении международного аудита ЭСА и финансировании резервными фондами правительства последствий подорожания до окончания проверок. 28 июня часть организаторов акции с группой единомышленников объявила, что, согласно решению президента, движение достигло победного завершения, и уже бессмысленно оставаться на проспекте Баграмяна. Они покинули позиции и ушли на Площадь Свободы. Однако абсолютное большинство участников движения предпочло остаться на проспекте, не доверяя объявлению президента и требуя не приостановку решения КРОУ, а его отмены. Движение обессилило. До 4 июля, несмотря на бесконечные предупреждения и угрозы полиции, никаких серьезных инцидентов не произошло. Однако уже начался период падения движения. 4 июля бастующие предъявили новые требования, но количество участников сильно сократилось. Два дня спустя полиция без особых усилий разогнала остальные несколько десятков людей, демонтажировала баррикады и восстановила дорожное движение района. Все последующие движения срывались, не зафиксировав каких-либо существенных организаторских удач.

СМИ, интеллигенция и другие странности: обманутое движение

В период подъема движения примечательно и очень странно беспрецедентно мягкое отношение полиции к участникам. В Ереване не только не принято перекрывать проспект Баграмяна, но в прошлом, для людей, пытающихся это сделать, все заканчивалось арестами и кровопролитием. В то время (особенно в последние дни забастовок), когда в любое время дня не собиралось и 500 человек, полиция проявляла сдержанность. Уже в эти дни сформировавшие сотруднические отношения между некоторыми руководителями полиции и движения казались крайне странными. Во многих вопросах именно полицейские давали направление движению. Примеров много: приказ об открытии проспекта Маштоца и Площади Франции, который попросту был отдан организаторам и выполнен, решение начальника полиции РА Владимира Гаспаряна о присутствии или отсутствии конкретных персон на проспекте Баграмяна, когда тот требовал по-отдельности приводить нетрезвых людей и сдавать ему же. Или когда сотрудники полиции проводили рейды среди участников для обнаружения так называемых экстремистов и смутьянов (возникает риторический вопрос: кто были эти смутьяны? Обычно это люди, посланные полицией, а теперь из Азербайджана что-ли пришли?). Хотя, также надо отметить вклад полиции в вопрос чистоты и питания, непонятный сдержанный подход полиции к баррикадам и так далее. Впоследствии опыт показал, что баррикады, с точки зрения организации и тактики, не были серьезными и не могли сыграть оборонительную роль, хотя являлись отличными кадрами для телевидения, в частности, под искусственным ночным освещением, с флагами РА. Но обо всем поочереди.

Таким образом, ЭСА, со всеми своими коррупционными схемами, несомненно, большую часть своей деятельности осуществляла вне закона. Не секрет, что в Армении коррупция пирамидообразная (то есть, должностное лицо или предприниматель при нарушении закона обязательно платит внутренний налог вышестоящему). Продолжающиеся годами нарушения и незаконная деятельность ЭСА не могла остаться без последствий, если бы та не выплатила свою долю “черного” налога вовремя. Именно здесь начинается темная сторона истории: ЭСА, осуществляя незаконную деятельность, скорее всего перечисляла какую-то процентную долю режиму, который воспринимал свой внутренний, предназначенный для решений проблем режима и реализации целей, бюджет свойственным криминальному миру термином “общяг” (совокупность общих дружеских денег единомышленников или группы организованной преступности). Но в какой-то момент эти перечисления не удовлетворили растущий аппетит должностных лиц, и ЭСА, чтобы не пострадать от выплаты дополнительных “черных” налогов, решила поднять тариф. Или же, именно российское руководство ЭСА решило скрыть часть своей “черной” прибыли от своих же друзей, и в результате сократило их долю, увеличение которой также связано с увеличением тарифа. Следует отметить, что зачинщиками разговоров о подорожании электроэнергии и публицирования были именно правительство и органы, находящиеся под его тотальным контролем. Так или иначе, в будущем режим также оказал серьезное содействие формированию движения своими инструментами. Яркий пример –Первый канал Армении, который по своей сущности и преданности режиму особо не отличается от правительственных пропагандистских машин полусвободных стран, внезапно начинает повествовать не только о происхождении движения и его логической основы, а кое-что беспрецедентное – массовое движение распространенного в Ереване уличного протеста, к тому же, в положительном свете. Вовлеченность и активность церкви, никогда не скрывавшей свои провластные взгляды, интеллигенции и госслужащих также хорошо запомнились. То, что движение, распространенное в провинции, было напрямую спонсировано руководством местного правления, является фактом. Например, в Сюнике, и особенно в Капане, без согласия и поддержки губернатора Сурика Хачатряна не было бы возможным организовать и несколько дней подряд провести митинг. По всей республике началась большая акция протеста и создалось впечатление ее предстоящей победы.

А сейчас представьте на минуту, какое влияние имело все это на наших стратегических союзников: журналисты из России, прибыв в Армению, стали очевидцами баррикад, флагов, вопящей молодежи и ряда движений во многих городах РА. Своей особой поспешностью они быстро подготовили доклады о созревающем в Армении новом майдане и разъяренной толпе. В РФ эти разговоры начали стремительно распространяться в кругу аналитиков и госслужащих, боящихся украинского майдана и его повторения. Более того,  российские эксперты, которые дошли до крайности в рассмотрении “призрака длинных рук” американского госдепартамента, повели себя довольно предсказуемо: квалифицировали процессы, ведущиеся в Армении, как будущее антироссийское движение, организованное Западом, и назвали его “электромайдан”.

Примечательно, что армянские власти не прибегли к каким-либо существенным мерам для устранения заблуждений. Более того, они, судя по всему, при помощи дипломатических каналов подтверждали циркулирующие новости. Против “майданизации” движения и демонизации армянских демонстрантов в российском обществе выступили несколько армянских аналитиков и специалистов, причем не совсем удачно.

Теперь перейдем к мотивам. Не секрет, что в России решения, относящиеся к политике, экономике и другим вопросам, принимаются не как в классически институционализированных и имеющих опыт правления странах, а очень часто одним человеком, согласно его должности и важности деятельности и исходя из совершенно других соображений.

По-моему, усыновленные армянским правительством подходы, поведение и начинания преследовали одну цель: убедить какого-нибудь конкретного чиновника или чиновников в России, что в Армении есть опасность радикализации на социальном фоне, и что наилучшее решение проблемы – передача АЭС или Ресбулике Армения или указанным РА лицам. Будучи уверенными в этом, российские чиновники (которые в то же время или бизнесмены, или спонсоры бизнесменов, что свойственно для России) дали инструкции для сделки с армянской стороной. Скорее всего, ситуация получила окончательную развязку на уровне устной беседы в Кремле. В итоге, некоторое время спустя, “Интер РАО ЕЭС” продал свою дочернюю организацию компании “Ташир холдинг”, принадлежащей Самвелу Карапетяну (который во время конфликта между партиями “Процветающая Армения” и Республиканская партия Армении проявил себя как союзник режима). В итоге местная правящая элита избавилась от финансовых потерь, утвердила контроль в утерянной сфере: деньги снова попали в их руки. Но надо очень хорошо понимать, что:

  1. Это было сделано исходя не из государственной выгоды РА, а исключительно из узкой выгоды режима.
  2. Мы стали очевидцами чрезвычайно печального явления: последний метод политической вовлеченности общества – уличная молодежная борьба – или изначально, или в течение движения попал под влияние режима.

Это ожидаемый и неизбежный результат для борьбы, которая любой ценой пытается держаться подальше от политизирования. Лидеры движения в результате некомпетентности, наивности и даже, может быть, преступных сговоров не только были политически использованы режимом, а позволили извлечь из движения выгоду для режима. И это только предвещает эксплуатацию будущих движений, состоящих из молодежи, избегающей слова “политизация”. Ими будут пользоваться профессиональные политики. И, к сожалению, кроме политики, человечество еще не придумало других средств для основательного решения общественных или социальных проблем (не считая насилие, которое также можно квалифицировать как политика).

***

В результате движения режим достиг всех своих целей: поменялся собственник ЭСА, а движение впервые удалось обуздать и заставить служить в своих целях. В то время как для самого движения ситуация двоякая: с одной стороны, это в какой-то степени очередная победа, которая позволила еще больше поднять дух молодежи, реализоваться и доверять собственным мобильным ресурсам. Но с другой стороны, мы стали очевидцами того, как неопытные, излишне самоуверенные и самоотведенные от политических процессов молодые люди были использованы режимом, при помощи политической гибкости. Согласитесь, что это очень плохой прецедент. А оппозиция в очередной раз просто выпала из текущего политического процесса, причем в данном случае не важно – было это добровольно или нет. Формирующие и руководящие ею люди окончательно исчерпали себя, как составляющие политического поля РА.

Что же делать?

Из ситуации выход есть и он не будет открытием новой истины. Он настолько стар, насколько цивилизованное общество: проблемы общества должны решаться политическими процессами. Политические силы, особенно оппозиция, должны участвовать в общественных процессах. Общество должно жить политической жизнью, а не отдаляться от нее. Нельзя разочаровываться в политике и объявлять, что больше не будешь интересоваться ею. От этого только меняется роль в политическом процессе, но не присутствие в нем. Процессы продолжают относиться к тебе, но уже не учитывая твою волю или подходы. Вместо исчерпанных лидеров оппозиции незамедлительно должны прийти новые. В Армении должно осуществиться изменение поколений в политической оппозиции за счет массовых движений, молодых лидеров и новых партий. Социальный протест может и должен превратиться в политический примеров этому множество. Для этого интеллектуальным группам нужно лишь немножко поднапрячься и распространить информацию.

***

Начавшиеся в Армении уличные социальные протесты исчерпали себя как политические явления. Закончилась их историческая эра. Настало время политической борьбы, институтов и процессов, время институционализации, идеологизирования и активирования движения.

Настал момент повзрослеть.


  1. Electric Yerevan vows comeback, as ‘Moscow’s soft power has been lost’
  2. Small Electric Yerevan Spark — A Big Challenge for the Armenian Government
  3. Armenia’s ‘Electric Yerevan’ protests enter seventh day
  4. Armenia’s ‘Electric Yerevan’ Protesters Return to Streets Despite Arrests and Water Blasts
  5. Armenia energy protests: Electric atmosphere in Yerevan
  6. The Bear in the Room
  7. #ElectricYerevan: протесты в Армении
  8. Электромайдан
  9. «Золотые» киловатты:
  10. Ոստիկանները հեռացրին ցուցարարներին, Բաղրամյանում երթևեկությունը վերականգնվեց


Автор: Арег Кочинян. © Все права защищены.
Перевел: Раффи Ширинян.


ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here