Независимость между Сциллой страха и Харибдой надежды

Photo:https://www.pinterest.com
Photo:https://www.pinterest.com

После принятия декларации о независимости Верховным Советом (ВС) Армянской ССР23 августа 1990-го года и проведения референдума 21 сентября 1991-го года республика вышла из состава СССР и 23 сентября провозгласила независимость. Эти строки из учебника для многих лишь даты и хронология, однако в основе этих цифр и фактов лежит титаническая работа, которая берет начало уже с 1960-х гг. и достигла кульминации в Какабахском движении, его переоформлении и, наконец, провозглашении независимости.

Немного о пройденном пути: желаемое и действительное

Говоря о национальном пробуждении 1960-х годов, его опорой и основой считаются события, приуроченные к 50-летию геноцида и связанный с этим общественный и политический резонанс. Основным результатом стало возведение памятника, увековечивающего память о жертвах Армянского геноцида, и некоторые изменения во внутреннем самоуправлении АССР и в общественных настроениях. Следует помнить, что насколько бы важным и передовым ни было участие в этом деле общества, самоотверженная преданность различных групп и индивидуумов, СССР сам был заинтересован во всех этих процессах. Во-первых, была хрущевская оттепель, во-вторых – атмосфера Холодной войны. Но еще до этого, во время Второй мировой войны, ходили довольно правдоподобные слухи о возможном столкновении Турецкой Республики и СССР. Позднее, уже в 1955-ом году, Турция стала членом НАТО, чем поставила СССР в неприятное стратегическое положение. Затем был период Карибского кризиса (1962-ой год), причиной которого послужило размещение со стороны США (конечно, под покровительством НАТО) на территории Турецкой Республики ракетных установок средней дальности “Юпитер”, направленных против СССР. Благодаря именно этим и ряду иных геополитических условий стало возможным отметить 50-летие Армянского геноцида, разрешенного со стороны властей СССР и используемого на международной арене в угоду внешнеполитическим интересам СССР. Разумеется, была важна и внутриармянская ситуация: “Великая репатриация” 1940-50-х годов явилась стимулом и поводом, подготовившим почву для вовлечения активной, свободной и образованной молодежи в общественную политику.

Общественный активизм и, в целом, любое запрещенное собрание 2-3 человек рассматривались со стороны властей СССР как прямая угроза государственной безопасности и душились на корню. Например, случай, произошедший в 1965-ом году на территории, прилегающей к Театру оперы и балета – когда группа людей кусками железа и камнями выбила окна здания Оперы в то время, как внутри верховное руководство страны чтило память жертв геноцида – был квалифицирован как хулиганство и нарушение общественного порядка. Также случай, произошедший в 1966-ом году, когда группу молодых людей, решивших в пантеоне имени Комитаса отдать дань памяти Комитасу как собирательному образу геноцида, арестовали по статье хулиганство и от 1 до 10 дней продержали в тюремных камерах. Все это свидетельствует о том, что события 1965-го года и открытие в 1967-ом году мемориала были выгодны исключительно центральной власти СССР и максимально управляемы с их стороны. Управляемы, потому что определенная либерализация общественной области, последовавшая в период оттепели, могла стать опасной и заразительной как минимум в АССР, и, соответственно, было гораздо легче направить это движение в русло “национального, прошлого” – читай: в имманентное и импотентное поле – и тем самым израсходовать возможную волну возмущения и проконтролировать все возможные развития.

Для понимания того, какое социально-политическое и культурное значение оставили эти события, необходимо обратиться к некоторым аспектам Карабахского движения: почти все выдающиеся участники Карабахского движения, а также старшее его поколение происходили из этого движения. Уже впоследствии Карабахское движение стало своеобразной школой и испытательным полем для выхода на политическую арену современных политических деятелей, “новых людей”, которым было суждено создать независимое государство со всеми достоинствами и недостатками.

Идеологические и политические основания. От альтернатив к ясности.

  1. А. В отличие от восточноевропейских национально-политических движений (Венгрия – 1956-ой год, Прага – 1968-ой год), где изначально был поставлен вопрос политической независимости (от Москвы) и вопрос морального стержня нации, основания и развитие Карабахского движения были несколько иными.

Восточноевропейские движения изначально провозгласили требование своей абсолютной суверенности и подчеркивали, что это не может быть предметом каких-либо обсуждений: политическая и общественно-индивидуальная свобода не имела альтернатив. В отличие от этого, Карабахское движение изначально не ставило перед собой подобной задачи; здесь главным было присоединение Нагорно-Карабахской автономной области (НКАО) к АССР.

  1. Вопрос моральной характеристики и “чистоты” личности. Что мы имеем в виду? Последний президент Чехословакии и первый президент Чехии, знаменитый инакомыслящий, гуманист и политический деятель Вацлав Гавел, своей политической позицией и в своих эссе подчеркивал, что правдивость и честность не имеют другого выбора, что тоталитарную систему можно победить исключительно в условиях проповеди абсолютной истины (на самом деле эта проблема впоследствии подвергалась критике со стороны интеллектуалов того времени из-за своей односторонности и отрыва от реальности). В противовес этому, один из виднейших деятелей Карабахского движения, Вазген Манукян, к примеру, в одном из своих интервью, данном в цикле передач “Время человека”, отмечает, что он и его единомышленники были готовы сказать 80% истины, лишь бы промежуточные (маргинальные) лица не стали и не причислялись бы к рядам инакомыслящих. Это можно трактовать как политический прагматизм. Этот случай не является ни абсолютным, ни обобщающим, но он представляет собой яркий пример разницы и даже противопоставления политической мысли.

Проблема, однако, в том, что путь полуправды дает половинчатые плоды. Руководители Карабахского движения желали одним выстрелом убить несколько зайцев: и сохранить тесные взаимоотношения с центральным руководством СССР, и остаться в составе СССР, и присоединить НКАО к АССР. Потом уже Сумгаитские события, жесткая позиция центральной власти СССР и АССР приведут к тому, что изменится политическая повестка и единственной альтернативой станет независимость от СССР и решение вопроса собственными силами.

Страхи прошлого и их поэтапное преодоление

Как говорил Уинстон Черчилль, успех – это умение двигаться от неудачи к неудаче, не теряя энтузиазма. Эти строки прекрасно характеризуют Карабахское движение, его путь, а также психологический и нравственный облик его участников.

Если вспомним, в каких условиях произошла советизация Первой армянской республики, мы увидим, что в дальнейшем, в период борьбы за независимость, это положение предстало в виде фобий. Первой фобией был вопрос физической безопасности, вторая, как многие любят отмечать, проблема невозможности дальнейшего суверенного существования Первой республики (тезис о невозможности суверенитета «маленького государства», «генетическая» вражда с Турцией), что связано с ужасающими внутренними и внешними обстоятельствами (экономика, война, демография и др.) и геополитической ситуацией (война с тремя соседями в течение двух лет, территориальные потери, огромное число голодающих, расшатанная экономика, «бездействие» политических покровителей, риск быть полностью уничтоженным турецкими войсками и пр.). Вот в таких условиях и произошла смена власти и был установлен советский режим. Именно эти нарративы активировались во время Карабахского движения и стали поводом многочисленных столкновений. Часть общественных и политических групп отмечала, что независимость принесет новую войну с Турцией, и из-за этого вновь возникнет опасность физического уничтожения. Главным защитником этого тезиса была партия Армянского Революционного Содружества (Дашнакцутюн), но она также соответствовала психологическому состоянию народа, прошедшего через геноцид. Другая часть полностью отрицала возможность суверенности маленького государства, а причиной было отсутствие веры в собственные силы, в возможность организации материального и умственного потенциала.

В любом случае, дальнейшее течение событий, а именно – путь к независимости, показало, что нет ничего невозможного и абсолютного, и что все зависит от политической воли. Карабахская война уже показала, что власти того времени сумели создать направленную на победу в войне, жизнестойкую систему правления, сумели искусно организовать и управлять ресурсами всех видов и в конце концов достичь временной победы.

Конец войны и дальнейшее состояние

Освобожденная родина сама по себе не имеет ценности, если граждане страны не желают жить и творить на этой родине.

Одно дело создать и организовать систему, первостепенной задачей которой будет достичь военного превосходства над противником и таким образом победить его, но другое дело переоформитьa эту систему в соответствии с интересами общества и созданием общественного добра, в целях служения гражданам и для их блага. Именно эта задача была поставлена перед властями 25-летнего государства, которую они прекрасно провалили. После военного перемирия 1994-го года было чрезвычайно важно преодолеть послевоенный синдром и осуществить переход от «воюющего общества» к «созидающему обществу» или «видным героям», организацию мирной жизни в социальных кругах, реализацию идеи обобществления войны, при этом честь за победу должна была принадлежать народу, а не различным криминальным авторитетам, рембо и приспособленцам. Всего этого не было сделано или же было сделано не в полной мере, результатом чего и стало злоупотребления «военного» фактора и ресурсов во время дальнейших политических событий и их использование в сиюминутных политических интересах.

В конечном счете надо внести ясность в то, какие проблемы стояли перед системой в 1991-ом году, когда «Новые силы» инкорпорировали в себя старые, пренебрегали столкновением интересов и разрешали свои минимальные проблемы, и в то, какие проблемы существуют в современной системе, когда ситуация совершенно иная, а стержневые и первоочередные проблемами стали второстепенными, но ничуть не менее важными.[1]


  1. Լևոն Աբրահամյան, Ծեսը, նախաթատրոնը և Թատերական հրապարակը. – «Բեմ», 1990, թիվ 1, էջ 7-19։
  2. Հարություն Մարության, Հայ ինքնության պատկերագրությունը։ Հատոր 1. Ցեղասպանու­թյան հիշողությունը և Ղարաբաղյան շարժումը, Երևան, 2009:
  3. Հարություն Մարության. Ցեղասպանության հիշողությունը եւ Ղարաբաղյան շարժումը։ http://hambardzum.am/hy/articles/marutianeghern.html
  4. Նիկողայոս Ադոնց. Քաղաքական հոսանքները Հին Հայաստանում։ Հ․ 1, Երևան, 2006։
  5. Ռաֆայել Իշխանյան. Երրորդ ուժի բացառման օրենքը: Մաշտոց, 5 սեպտմեբերի 1989:
  6. Վազգեն Մանուկյան. Գնացքից թռչելու ժամանակն է։ Հայք N 15, 19 մայիսի 1990։
  7. Ronald GrigorSuny.Looking Toward Ararat: Armenia in Modern History.Indiana University Press, 1993.
  8. Левон Абрамян, АрутюнМарутян, Борьба за национальную независимость в Прибалтике и Закавказье: раз­ли­­чия и сход­ство. – Всесоюзная научная конференция “Межна­цио­наль­ные проб­ле­мы и конф­лик­ты: поиски путей их решения”. Тезисы док­ла­дов, Бишкек, 1991.
  9. https://www.youtube.com/watch?v=uMWXA5fmSA
  10. https://www.youtube.com/watch?v=98MoJ7xErhE
  11. https://www.youtube.com/watch?v=w9PFYKxCuQ0


Автор: Гор Мадоян (Gor Madoyan). © Все права защищены.

Перевела: Мариам Арутюнян.


[1]Ярким примером является победа Левона Тер-Петросяна на трех этапах президентских выборов Высшего Совета, когда покровителями его победы стали коммунисты, которые были по достоинству «вознаграждены» в условиях логики тогдашней системы.


ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here