Эффект бумеранга во внешней политике Запада

Предисловие

 Переход истории человечества в 21-ый век ознаменовался активным и непосредственным привлечением международных террористических организаций во всемирные политические процессы и резким увеличением их роли. Разного рода террористические группировки, унаследовавшие идеи радикального исламизма, с начала 2000-х гг. стали очень активными акторами, обуславливающими геополитические процессы, происходящие в исламском мире, особенно на Ближнем Востоке, и в большей части решающими течение и последствия этих процессов. С годами международное террористическое движение приобрело более широкий размах и переросло в реальную и чрезвычайно большую угрозу для современного человеческого общества. 13-го ноября 2015 года как раз в сердце Европы, в столице Франции Париже, радикально исламистская террористическая группировка “Исламское государство” совершила ряд терактов, в результате которых погибло 130 и получили ранения сотни людей. 22-го марта прошлого года в столице Бельгии и Евросоюза Брюсселе неизвестные смертники устроили теракт, жертвами которого стало 32, а пострадало более 300 граждан. Целью представленного анализа является демонстрирование направленности и охвата сегодняшнего террористического движения в лице Исламского государства, выявление причин и целей ее создания, а также вызванных им угроз в контексте внешней политики Запада.

Распространение террористического движения

Расцвет и столь резкое усиление как этой, так и другихисламистских террористических группировок (Аль-Каида, Хамас, Хезболла и др.), ставших бедой для всего мира, непосредственно связано с внешней политикой, направленной на скрытое стимулирование определенных территориальных проблем в контексте геополитических интересов западных сил, в частности США, на Ближнем Востоке, и это выступает как непосредственное, но вместе с тем не совсем целевое последствие этой политики. Так, вторжение США в Ирак в 2003 г. с целью совершения коренных изменений в государственно-политической системе, ее демократизации и основания демократических институтов, создало благоприятные условия для появления радикальных суннитских группировок, какой теперь является ИГ. Был свергнут режим представляющего суннитское меньшинство, но стоявшего во главе власти и действующего в недалеком прошлом под покровительством США во время войны против Ирана, Саддама Хусейна, и была создана система управления, в которой преобладали шииты, что привело к катастрофическим последствиям: сплошная безработица в суннитских районах, ликвидация промышленных предприятий, существующих благодаря духу исключения и изживания социализма, с тем настроем, что достаточно чуждый восточным обществам свободный рынок Запада, несущий западные прогрессивные нормы и принципы, легко и эффективно создаст рабочие места и другие необходимые условия для нормальной жизнедеятельности. Под покровительством США и усилиями шиитского правительства рабочий класс суннитов лишился рабочих мест, многих других привилегий и, по сути, потерял все свое политическое влияние. Для того, чтобы действительно осуществить демократизацию страны, американская политика, вместо того, чтобы стимулировать религиозную интеграцию и единство, сознательно или не совсем сознательно пошла по пути религиозного и, вследствие этого, политического дробления, что вместе с ослаблением и всевозможными ограничениями суннитов подготовило почву для усиления радикального суннизма и, в частности, для развития и распространения Аль-Каиды в Ираке. В октябре 2004 г., еще известная в то время как организация “Монотеизм и джихад”, а ныне — группировка Исламское государство, присоединилась к Аль-Каиде. Разве демократический Запад, в частности США, не был способен путем мобилизации совместных сил и ресурсов еще на начальном этапе усиления и распространения Исламского государства остановить и уничтожить ее и добиться устранения возникающей стихийной угрозы терроризма? Разве строящие мировую политику западные стратеги в действительности не осознавали совсем не фантастические перспективы дальнейшего развития и укоренения формирующейся террористической группировки и возникающие вследствие этого серьезнейшие угрозы? Это и есть, пожалуй, самые обсуждаемые, но, тем не менее, не теряющие своей актуальности и важности вопросы, которые в глубоком смысле предопределяют разнородные политические процессы, имеющие всеобщий характер.

Миграционный процесс как последствие

Интервенции западных сил и, как следствие этого, усиление и распространение террористического движения в ряде арабских стран (Ирак, Ливия, Сирия) привели не только к ослаблению и расшатыванию этих государств, но и к последующей стихийной миграции местного населения. Согласно данным департамента ООН по гуманитарным вопросам, в результате гражданской войны, начавшейся в стране в 2011-ом году, к марту 2016-го года Арабскую Республику Сирия покинуло более чем 4,8 млн. беженцев, более двух миллионов из которых нашли убежище в разных европейских странах (Германия, Греция, Болгария, Македония, Сербия, Венгрия, Хорватия и др.). Более того, около 13,5 млн. граждан, находясь в тяжелых социально-бытовых условиях, сильно нуждаются в гуманитарной помощи, а примерно 6,6 млн. сирийцев были выселены и стали изгнанниками на территории Сирии. Только из Сирии за последние 5 лет в Европу эмигрировало более двух миллионов беженцев. Негативное влияние интенсивного миграционного потока ощутимо особенно в Греции, оказавшемся в очень тяжелой ситуации, которая приняла более полумиллиона беженцев, приток которых все еще продолжается. Такое количество беженцев эмигрировало из Сирии лишь в последнее время, а если посчитать и большую миграцию предыдущих лет из других арабских стран – Ирака, Ливии и других мест, то можем констатировать факт, что исламисты представляют серьезнейшую угрозу для Европы и для европейской цивилизации вообще. Под давлением неиссякаемого потока мигрантов и последствий всего этого европейские страны пошли на сотрудничество с Турцией, заключив с ней 18-го марта специальное соглашение, согласно которому, начиная с 20-го марта 2016-го года, нелегальные мигранты, переправляющиеся в Грецию с территории Турции, будут отправлены обратно в Турцию, а взамен ЕС обязуется принимать столько легальных сирийских беженцев, сколько будут отправлены назад в Турцию. Взамен на то, чтобы остановить приток беженцев в Грецию и удержать их на территории Турции, ЕС обязуется выплатить Турции около 3 миллиардов евро, что турецкая сторона считает довольно маленькой суммой для разрешения проблем мигрантов. В ноябре прошлого года в Турции во время встречи с Председателем Еврокомиссии Жан-Клод Юнкером президент Реджеп Тайип Эрдоган заявил: “Мы можем открыть двери в Грецию и Болгарию в любой момент и привезти беженцев на автобусах. Мы можем в любой момент открыть границу с Грецией и Болгарией и рассадить мигрантов по автобусам. Что вы будете делать с этими беженцами, если соглашение не будет заключено? Расстреляете их?” Спустя несколько дней, 29-го ноября, Брюссель и Анкара все-таки пришли к соглашению о заключении договора по спорному вопросу о выделении 3 миллиардa евро. Недовольство турецкой стороны размером выплачиваемой суммы и ее утрированные требования, жесткая и диктующая позиция по отношению к подписанию договора и, в частности, достижение соглашения по поводу размера денег вскоре после вышеупомянутого заявления Эрдогана, очевидно свидетельствуют о серьезнейших проблемах у европейских стран, возникших из-за притока беженцев, и о дальнейших угрозах, обусловленных ими. Заключение соглашения определенным образом развязало руки Турции в связи с миграционной проблемой из-за уже имеющегося у Евросоюза зависимости от Турции, и во внутриполитической сфере европейские страны по сути дела больше не имеют прежних возможностей давить на Турцию и прежнего влияния на нее.

Турецкий гамбит

В поддержке и покровительстве этой террористической организации, представляющей собой чрезвычайно мощную военно-политическую силу, превалирующее место имела и продолжает иметь та же Турция, которая, предъявляя в регионе большие претензии, довольно сильно заинтересована ослаблением соседней Сирии. Стремление усилить влияние Турции в стране преимущественно можно обусловить представляющим для нее большой угрозой курдским фактором: пытаясь усилить свое влияние особенно на заселенном курдами севере Сирии, Турция стремится определенным образом установить контроль также над сирийскими курдами, чтобы исключить перспективу объединения курдов Турции и Сирии и сдерживать угрозу со стороны курдских сепаратистов, что выражается в ведении антиасадской борьбы. В этой борьбе сильно заинтересованы и в нее были вовлечены западные государства, так как правление пророссийского президента Сирии Башара Асада создавало перспективу укрепления и распространения российского влияния в стране и в регионе. Учитывая данные обстоятельства, можно выявить соответствие геополитических интересов Турции и США в этом регионе, имея в виду соучастие этих двух стран в таком мощном военно-политическом союзе, как НАТО, исходя из чего во многих военно-политических вопросах они действуют во взаимном согласии.

Угроза со стороны Исламского государства

Оставив в стороне влияние ближневосточной политики Запада на региональные политические процессы и перестановку сил, нужно отметить и оценить вызванные этим последствия в самой Европе. Эта группировка, имеющая радикально-террористический характер, и без того стала неуправляемой и неконтролируемой для всех, что можно объяснить двумя – военно-финансовым и религиозно-политическим факторами. Первым фактором является то, что в настоящее время Исламское государство взяло под свой контроль значительную часть нефтяных запасов Сирии и Ирака. Только 2 нефтеперерабатывающих завода Мосула ежедневно производят 16000 барреля нефти, основным покупателем которой является Турция. Добываемая нефть перевозится контрабандистами (в контрабандной торговле бытует имя сына президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, Билала Эрдогана) с пограничной полосы через территорию Турции в средиземноморский порт Джейхан, находящийся под подчинением турецкому правительству, откуда ее суднами перевозят в Мальту, а уже оттуда отправляют по разным направлениям, в том числе в Ашдод (Израиль). По оценке американского специалиста в финансовой сфере, Даниеля Гласера, Исламское государство ежегодно получает от продажи огромного количества нефти около 500 миллиона долларов прибыли, опираясь на тот факт, что в 2015-ом году прибыль за продажу нефти за один месяц составила около 40 млн. долларов. Вместе с тем под контролем исламистов находится также примерно 45% запаса газа Сирии. Владение ресурсами столь громадных размеров, что привело к накоплению огромных финансовых средств, дает террористам чрезмерную мощь и тем самым – возможность самостоятельно действовать, а возможность обеспечить также военно-технический арсенал группировки благодаря огромным финансовым ресурсам непринужденным образом освобождает руки Исламского государства. С религиозно-политической точки зрения проблема получает более глубинное и идейное проявление, так как Исламское государство, провозглашая радикальные исламистские идеи и руководствуясь ими, рано или поздно должно было на основе религиозного фанатизма и исламистских идей образовать соответствующую религиозно-политическую доктрину, а именно халифат, что фактически приводит к проявлению геополитических амбиций.

Однако Запад и, в особенности, Европа сильно ошиблась в своих оценках, в соответствующей мере не принимая в расчет другую сторону своей политики, а именно ее отрицательные последствия для них самих. О неудачах во внешней политике говорят даже сами западные руководители. В своем интервью Fox News бывший президент США Барак Обама отметил, что самая большая ошибка, которую он допустил во время своего президентства, было вторжение в Ливию и разгром правящего режима Муаммара Каддафи, так как это не привело к демократизации страны и к основанию подобных институтов, а страна погрузилась в полный хаос и оказалась под угрозой экстремистов, а страна, впоследствии, оказалась в ситуации сплошного хаоса и угрозы экстремистов. В марте Барак Обама даже подверг жесткой критике премьер-министра Великобритании, Дэвида Кэмерона и бывшего президента Франции, Николя Саркози, из-за значительной роли, которую они имели в бамбардировке Ливии западной коалицией.

Перед какими серьезнейшими демографическими и иного рода проблемами встанет европейское общество через пару десятилетий, можно представить по числу беженцев в Европе и по прогнозируемым показателям их демографического роста. Обосновавшиеся в европейских странах мусульмане могут поставить европейское общество перед тяжелым демографическим кризисом, так как темпы естественного прироста мусульман и европейцев несовместимы: в большинстве европейских стран зафиксирован нулевой, а в некоторых случаях отрицательный естественный прирост, в возрастном составе населения значительно растет число пожилых людей, и европейское общество твердым шагом идет к старению. В мусульманской среде происходит диагонально противоположный процесс. По сути, темпы их естественного прироста будут гораздо более высокими в Европе, так как здесь существуют несравненно более благоприятные социально-экономические условия для жизни, чем в их странах. При таких темпах через десятки лет весь мир встанет перед вопросом: какую цивилизацию теперь представляет собой Европа – европейскую или мусульманскую? В результате попыток демократизации традиционных арабских цивилизаций Европа заселяется миллионами молодых и исповедующих ислам мигрантами, которые, в отличие от стареющего европейского общества, гораздо более выносливы и боеспособны и представляют собой мощную силу. Спустя десятилетия европейцы попросту будут не в силах противостоять растущим и умножающимся массам мусульман, которые также могут положить конец существованию европейской цивилизации.

Итог

Известный американский политолог Сэмюель Хантингтон в своей статье “Столкновение цивилизаций” пишет, что в мире после “Холодной войны” конфликты не будут обуславливаться идеологиями и разного рода экономическими проблемами. Преобладающая часть границ, разделяющих человечество и являющихся почвой для большей части конфликтов, будут обусловлены культурными особенностями. Народ-государство останется главным субъектом в мировых политических процессах, однако в международной политике конфликты будут созревать между народами и такими группами, которые принадлежат к разным цивилизациям. Несмотря на то, что в международных отношениях взаимоотношения государств в основном обуславливаются геополитическими интересами, тем не менее, народно-этические, социально-культурные различия и особенности, а также различные процессы, обусловленные ими, способны трансформировать существующие политические интересы, потребности и обусловленное ими соотношение сил политических субъектов на международной арене. Рассматривая вопрос в демографическом плане можно сделать вывод, что значительный рост численности мусульман и их стабильное место в составе населения в европейских государствах могут привести к появлению этноическо-культурных изменений в указанных обществах, тем самым к ощутимому усилению влияния мусульман и к приобретению более значительной роли во внутренних и внешних отношениях европейских государств. Именно в этом контексте становится более чем актуальным столкновение христианско-исламских цивилизаций с непредсказуемыми последствиями, исходящими из этого.


  1. http://gtmarket.ru/laboratory/expertize/2007/2498
  2. http://sverigesradio.se/sida/artikel.aspx?programid=2103&artikel=6385104
  3. http://inosmi.ru/politic/20160307/235635526.html
  4. http://www.geocurrents.info/wp-content/uploads/2014/10/Syria- Large-Ethnicity- Map.png
  5. http://nationalinterest.org/commentary/why-stay- the-middle- east-8259
  6. https://www.cia.gov/library/publications/the-world- factbook/rankorder/2054rank.html
  7. https://www.cia.gov/library/publications/the-world- factbook/rankorder/2066rank.html
  8. https://www.stratfor.com/analysis/geopolitics-united- states-part- 1-inevitable- empire
  9. http://www.unocha.org/syria


Автор: Айк Саакян. © Все права защищены.

Перевела: Мариам Арутюнян.


 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here